Гостевая книга Обратная связь
" Аниме как коньяк: если он вам не нравится,
значит вы просто ещё не нашли свою марку" ж.Банзай!
 


Вера в ангела

Автор: SkyQueen


Пролог:
Маленькие колокольчики звенели, когда он шёл по белой поверхности. Снег похрустывал под его тяжелыми ботинками, а дыхание превращалось в пар перед длинной седой бородой. Веселая улыбка освещала его лицо, щеки были покрыты румянцем. Сегодня был особый день. День, который он любил больше всего. Уже много тысяч лет. Сегодня был его день.
Он негромко напевал какую-то песню, поглядывая на карманные часы. Еще немного и всё начнется. Как каждый год. И как в каждом году он не мог дождаться того момента, когда запряжёт своих оленей и сделает детей счастливыми. По всему миру.
В эту самую секунду он услышал плач. Он был близко. Он остановился и повернулся направо. Между покрытыми снегом деревьями находилось большое здание. Оно тоже было белым. Окна были покрыты ледяными кристаллами, которые загадочно сверкали. Конечно, он знал это место, но это не место, где грустят. Наоброт, это место, где смеются. Место, где всё можно начать заново.
Он нахмурился и последовал за странным звуком. Вскоре он оказался перед фонтаном. Вода была заморожена. В ней были пойманы три каменные птицы. Выглядело это довольно причудливо, но в то же время по-настоящему красиво. Кто-то сидел на его засыпанном снегом краю и плакал. Он кашлянул, решив подойти ближе. Он взглянул в глаза, блестящие от слез. Они были такими же синими, как и замерзшая вода фонтана. Они были наполнены отчаяньем. Печалью, что он не хотел видеть в его день. Он знал об всем, происходящем на Земле, но хотел сделать людей счастливыми. Хотя бы на 24 часа. Такова была его цель. Цель, которая заставляла его делать все эти вещи. Цель, которая заставляла его продолжать делать то, что он делает. Даже если ему приходится видеть эти войны, сражения, бои, идущие из года в год. Даже если ему приходится видеть этих никому ненужных людей. Этих одиноких людей...
Но человек, сидящий перед ним, был слишком печален, чтобы он смог развеселить его только своим "хохохо" и маленьким подарком.
Или шуткой.
"Что случилось, малышка?" - он спросил низким голосом и сел рядом. Это была девочка. Маленькая девочка. Ей было 4 или 5 лет. Её волосы цвета морской волны ниспадали на плечи, и, казалось, ей холодно. На ней кроме белого платья ничего не было.
"Хей, почему ты плачешь, малышка?" - он снял своё красное пальто и повесил ей на плечи. Он коснулся её кожи всего на сотую долю секунды, но этого было достаточно, чтобы увидеть в чем дело.
Катание на коньках.
Треснувший лед.
Холодная, ледяная вода.
Горячая кожа.
Жар.
Унылый врач.
Ничем не помочь.
Рыдающая мать.
Ругающийся отец.
Потом...ничего...
Потом...это место...
"Не может быть..." - вздыхая, он гладил волнистые волосы. "Никто не должен умирать в сочельник".
Девочка подняла голову и начала реветь еще сильнее.
"Я хочу вернуться", - она плакала и теплее закуталась в пальто. "Мне не хватает мамы и папы. Я не хочу быть здесь", - её маленькие кулачки были крепко сжаты. "Я скучаю по ним!"
Он снова кашлянул и беспомощно оглянулся вокруг. Но, как всегда, никого не было, кто бы мог ему посодействовать. Хотя та, которая могла помочь всегда была где-то рядом, она никогда не помогала напрямую...
"Но ты станешь хорошим ангелом. Поверь мне. Скоро ты получишь свои крылья", - он утер слезы с её щек. Они были тут же заменены новыми.
"Я не хочу быть ангелом! Я хочу обратно к маме и папе!!!" - крикнула она громко и умоляюще посмотрела на него.
"Ты уверена?"
Я не могу спрашивать её. Она слишком мала!
Но он не знал, что еще делать.
Может, это была лишь ошибка, и это шанс её исправить.
Может..
Может нет...
"Конечно! Я хочу вернуться к моим родителям! Я хочу обратно к себе домой! К моей собачке!" - просила девочка и моляще подняла сложенные руки. "Пожалуйста! Разве это невозможно?"
"Ну..." - он встал и провел рукой по своей длинной белой бороде. "Существует один способ", - он поднял левую руку, чтобы перебить её. "Но также и существуют особые правила, которым ты должна следовать".
"Правила?" - она нахмурлась. "Какие правила?"
"Я не обладаю такой большой силой, малышка. Да, я могу заставить моих северных оленей летать. Я могу путешествовать во времени, чтобы доставить подарок каждому ребенку в течение 24 часов. Но я не могу вернуть тебе жизнь. Не просто так".
"Какие правила?" - требовала она знать. Слезы высохли, и он был уверен, что она непременно попробует это сделать. Вне зависимости от того, насколько ей будет больно, она попробует это сделать.
"Ты должна найти кого-то, кто нуждается в тебе".
"Хм, это просто. Я нужна моим родителям", - она уверенно улыбнулась и тоже поднялась.
"Ничто не бывает легко, ты узнаешь об этом. У тебя есть три попытки, малышка. Ты можешь спуститься на Землю три раза в канун Рождества и должна найти человека, кто скажет тебе, что он или она любит тебя. Это должно быть признание из самой глубины души. В таком случае ты не покинешь Землю, пока ты не истечет твоё время", - сказал он и вздохнул, увидев озадаченное лицо девочки.
"Это всё?" - спросила она, теперь уже улыбаясь.
"Да, это всё. Но это труднее, чем ты думаешь. У тебя только три Рождества, которые ты выберешь сама. Если третье закончится, и никто не любит тебя и не хочет, чтобы ты осталась то, тогда тебе придется стать ангелом".
"Хорошо. Никаких проблем!" - смеялась маленькая девочка. Она была красива, когда смеялась. "Тогда я пойду. Мои родители несомненно меня ждут" - она бросила красное пальто в снег, а сама резко повернулась. Больше прыгая, чем бежа, она промчалась мимо фонтана и исчезла внутри белого здания. Старик только покачал головой и наклонился за пальто.
"Как бы я хотел, чтобы был иной путь" - прошептал он печально. "Потому что найти любовь очень сложно, а найти настоящую любовь еще сложнее".
Он медленно одел пальто и снова пошел по заснеженному пути. Его уже ждали северные олени. Через пару часов он начнет свое путешествие. Понимая, что в Рождество одна девочка точно не будет счастлива. Он попытался помочь ей. Он сделал всё, что мог. Но он не знал достаточно ли этого.
"Три Рождества - очень короткий срок, малышка".
Он повернулся и посмотрел на безжизненный белый дом.
"Я желаю тебе удачи, малышка".
Начал падать снег, и вскоре он стал не более, чем тенью на горизонте.

Часть первая: Теряя веру
Старый дом был накрыт одеялом из снега. Оно переливалось всевозможными оттенками синего. Холодного синего. Почти такого же холодного, как и ветер играющий с деревьями перед зданием. В небе несколько птиц громко крикнули перед тем, как броситься в студёную воду рядом находящегося моря. Лед плавал её поверхности. Покой. Как в каждое Рождество.
На долю секунды яркий свет рассеял покров ночи, но он исчез быстрее, чем кто-либо мог его заметить. Внезапно маленькая девочка стояла на засыпанной снегом улице. Редко мимо проезжали машины. Машина, принадлежащая этому дому, стояла рядом с гаражом. Конечно, семья внутри праздновала веселый праздник Рождества.
Разумеется, мама готовит пирог.
Разумеется, папа борется с Рождественской елкой.
Девочка улыбнулась и побежала к дому. Никто не видел её. Никто не поинтересовался, почему она носила лишь белое платьеце. Никто не дал ей ботиночки или шарф. Даже птицы, наверное, не замечали, как она счастливо приближалась к входной двери. Она замирла на пару мгновений, потому что ни одна душа не поприветствовала её дома.
"Гамлет?" - она позвала, но собачка не откликнулась и не подбежала к ней. Маленькие лапки не были прижаты к её животу. Мокрый язык не лизал её пальцы.
"Гамлет?" - она нахмурилась, но потом пожала плечами. Может, собака сидела на кухне рядом с плитой. Прося что-нибудь поесть. Курицу. Чаще всего они готовили курицу в светлый праздник, так как она ей нравилась очень сильно. Она взялась за ручку двери и спустя секунду она оказалась в корридоре. Она не могла вспомнить, открывала ли она дверь вообще, но не это сейчас было важно. Она была слишком возбуждена, чтобы обратить внимание. Она хотела удивить родителей своим приходом домой. Естественно, они ей сразу скажут, как сильно они ей любят, и тогда она сможет остаться. Навсегда. В папиных объятьях...
"Мама? Папа?"
Она осмотрелась. Корридор был таким другим. Куда делись картины, что она рисовала в детском саду? Только для её родителей? Все дельфины и бескрайние моря? Учителя говорили, что она очень талантлива, и родители повесили плоды её творчества по всему дому. Теперь их нет. Также как и большого зеркала, которое так любила её мама. У него была особая оправа. Золотая оправа в форме лошадок. Несущихся галопом вокруг стекла.
"Что?" - она не узнавала курток на вешалках. Она не узнавала обуви, стоящей рядом с дверью. И странный светильник. Её мама никогда бы не позволила повесить такую тяжелую, фарфоровую лампу. Она выглядела безвкусно.
"Что..." - голос прозвучал неуверенно и совсем исчез, когда кто-то начал прыгать вниз по лестнице. Она подняла голову и наблюдала за ребенком, спускающимся со второго этажа. Он прыгал через две ступеньки. Сначала она подумала, что это был мальчик, который делает так много шума. Его светлые волосы были короткими, и он носил старые грязные джинсы. Но когда она увидела лицо, то поняла, что это девочка. Её возраста.
Что?
Что она делает здесь?
В доме моих родителей?
"Мам? Пап?" - крикнула блондинка и, не стуча, открыла дверь в гостиную. "Мам!Пап! Я должна с вами поговорить!" - прозвучал низкий голос.
Мам?
Пап?
Девочка нахмурилась еще больше и последовала за второй, которая очевидно очень резвый ребенок.
"Я не имею понятия, где ТВОЙ сын находится!" - она услышала злой мужской голос и вздрогнула.
"О, он и твой сын тоже!"
"Уже нет! Конечно, он где-то со своими... друзьями..."
Её начало трясти от отвращения, звучащего в мужском голосе.
"Так позвони же ему! Зачем ты ему тогда дал мобильный телефон?"
"Он его никогда не включает!"
"Это всё твоя вина!"
"Какого черта именно моя?"
"Ты не уделял ему достаточно внимания. Поэтому он попал в плохую компанию и в эту ситуацию!"
"Я не уделял достаточно внимания? Кто хотел пойти учиться, хотя я зарабатываю много денег?"
"Хм, так это моя вина, что он нашел таких друзей?"
Их ругань становилась всё громче и громче. Девочка изобразила измученное лицо и медленно вошла в гостиную. Только, чтобы уставиться на странный диван. И коричневый шкаф. У её родителей всегда был синий. Её мама любила море, всё в их доме выглядело будто появилось из морских глубин. Но этот коричневый был сделан под дерево, причем очень плохо. И здесь отсутствовали её картины. Также как и на столе, где обычно стояла пищущая машинка её папы. Она любила сидеть рядом с его столом, играть в куклы и слушать мелодию, что создавала эта машинка.
Где эти люди?
"Мам?Пап?" - повторила девочка. Она стояла рядом с ругающейся парой. Её щеки разрумянились, и она прыгала с одной ноги на ругую. "Мама! Папа!" - просила она и потянула за фартук женщины. "Ну, мам! Пап!"
"Чего тебе надо? Разве ты не видишь, что я разговариваю с твоим отцом?" - раздраженно ответила женщина на мольбы девчонки и попыталась оттолкнуть её. Но та не отпускала.
"Мам! Я видела Санту!" - уверенно заявила она, и её темно-зеленые глаза сверкали от переполняющих её чувств. "Честно! Поверь мне! Я видела его!".
"Не говори ерунду и оставь меня и твою маму одних" - теперь уже мужчина сказал. Он был также раздражен как и его жена.
"Но это правда! Он здесь! В нашем доме! Он прячется на чердаке! Точно! Санта-Клаус!" - еще сильнее ухватилась она за мамин фартук, пока та не ударила её, да еще так, что маленькая блондинка упала на землю.
"Иди в свою комнату! И хватит врать! Сколько раз я могу повторять не врать мне, Тено Харука?!"
"Слушай маму и иди. Оставь нас в покое!" - добавил её отец и глубоко вдохнул.
"Это правда!" - с трудом поднялась девочка и тут же сжала свои кулачки. "Санта здесь. Он на чердаке. На нашем чердаке!"
Но родители проигнорировали её и пошли на кухню. Вскоре дверь закрылась и блондинка осталась одна. В безвскусно оформленной комнате. Холодный воздух очень быстро наполнился злыми голосами. Какая печальная атмосфера...
Маленькая девочка теребила своё странное платье и покачала головой. Гамлета здесь тоже нет. И её родителей.
Где они?
Блондинка сердито посмотрела на дверь перед тем, как она окончательно сдалась и пошла в корридор. Несомненно идти и делать, что ей было сказано. Или делать хоть что-нибудь, лишь бы не стоять в гостиной, будто заказанное блюдо, которое никто не хочет есть.
Где мои родители?
Мама!
Папа!
Где вы?
Девочка подумала и решила спросить у второй. Может, она знает, где они. Может, это просто не тот дом. Она вполне могла ошибиться......не впервые.
"Х..." - она немного сомневалась, но потом вспомнила имя блондинки. "Харука?"
Девчочка вздрогнула и развернулась. В её темно-зеленых глазах ясно читалось удивление, когда она увидела другую девочку, стоящую перед ней. Снег таял в аквамариновых волосах, и синие глаза доверчиво смотрели на неё.
"Как..." - оглянулась Харука вокруг, но она была в корридоре одна. Или точнее одна вместе со странной девочкой. Входная дверь, разумеется, была закрыта и заперта. Как всегда. Здесь не было никого из противных ровесников с улицы, кто хотели бы сыграть с ней очередную грязную шутку. "Как ты...откуда..." - запинаясь, произнесла блондинка и подошла к двери. Она выглянула в маленькое окошко, но все, что она видела это ночь и снег. Ледяная ночь. Девочка не двигалась. Она стояла там, нервозно дергая ночную рубашку. Харука подозревала, что это ночная рубашка. Причем очень старомодная.
"Где мои родители?" - спросил вновь высокий голос. Такой ласковый...
"Твои родители?" - Харука подошла ближе. Осторожно. Будто она боялась, что девочка исчезнет. Или превратится в змею и укусит её. "Кто ты?"
"Я - Мичиру!" - гордо ответила девочка с волосами цвета морской волны и сложила руки у себя на груди.
"Всего лишь Мичиру?" - блондинка скептически заметила. Затем дотронулась до другой девочки и быстро убрала руку. Девочка не только выглядела реальной, но и на ощупь была настоящей. Может она настоящая? Но откуда она появилась? Так неожиданно? У них не было соседей, и Харука была уверена, что до следующего населенного пункта идти довольно долго. Поэтому у её родителей была машина, и поэтому всегда были проблемы с её страшим братом, у которого пока не было машины. Но который хотел иметь авто. Он просил его уже больше года. Больше года впустую.
"Ну..." - неуверенно промямлила девочка, и Харука тут же начала гордо улыбаться.
"Меня зовут Харука. Тено Харука. У меня хорошее имя. Не такое короткое как у тебя".
"Мичиру очень красивое имя" - ответила Мичиру и показала язык. "И это мой дом. Поэтому не осокорбляй меня!" - она пыталась казаться важной. Очень важной персоной. Но для Харуки она выглядела очень одинокой. Такой же маленькой одинокой девочкой, как и она сама. Иногда. Почти каждый день, когда её старшего брата не было дома... "Твой дом? Мои родители купили его".
"Не может быть! Мои родители никогда бы его не продали" - резко возразила Мичиру, не желая верить услышанному.
"Это дом не твоих родителей. Это дом моих родителей!" - огрызнулась Харука, и они обе недоброжелательно посмотрели друг на друга. Как две молодые собачки. Дерущиеся за свою территорию.
"Нет. Я родилась в этом доме и живу в нем с тех пор".
"Хм...сколько тебе лет? Наверняка не очень долго".
"Мне уже 4 года!" - Мичиру сделала еще более важное лицо ( если таковое было возможно) и поспешно убрала локоны из её сверкающих глаз.
"А мне пять. Я старше" - счастливо смеялась Харука и прыгала вокруг младшей девочки, кружась в странном танце. "Я взрослее, поэтому ты должна поверить мне. И повторять за мной эти движения".
"Нет, я не должна" - надула губы Мичиру и энергично покачала головой. "Я тебя не знаю и ты в МОЕМ доме, так что..."
"Это не твой дом" - перебила Харука и прекратила танцевать. "Это опредленно не твой дом".
"Мой!"
"Нет, не твой!"
"Мой!"
"Нет, не твой!"
"Мой!"
"Докажи!"
"Что?" - моргнула Мичиру и посмотрела в слегка раскрасневшееся лицо, окруженное светлыми прядями. "Что?"
"Докажи, что это твой дом, тогда я не буду больше спорить". "Точно?"
"Точно. Даю слово".
"Договорились".
Харука даже не успела среагировать, как Мичиру уже побежала наверх. Прыгая через две ступеньки. Спотыкаясь снова и снова, потому что ножки были короткими, а рубашка слишком длинной. Харука только вздохнула и закрыла глаза, когда вторая девочка споткнулась о последнюю ступеньку. Но она не жаловалась. Вместо этого она распахнула дверь. И крикнула. Потом была тишина.
"Почему я?" - Харука последовала за ней. Если это была шутка её родителей или друзей, то она никогда им не скажет ни единого слова. "Ну, чего..." - Харука зашла в комнату и замерла как только услышала чьи-то рыдания. Она насупилась. Мичиру сидела на её кровати, закрыв лицо руками.
"Хей, что произошло?" - спросила Харука и, сомневаясь, ступила ближе. Она не желала видеть другую девочку плачущей. Она всегда себя неуютно чувствовала, когда кто-то плакал по-близости, потому тогда ей тоже хотелось плакать. А она не плачет. Никогда. Она была сильной девочкой.
"Их здесь нет" - рыдала Мичиру и подняла голову. Быстро она посмотрела на постеры различных машин на стенах. На необычный темный механизм на столе. И наконец на куклу, сидящую рядом с ней на мягком одеяле. На очень старую куклу. Подобное кимоно уже давно не было в моде, и на фарфоровом лице была улыбка, каковую уже не встретишь в наши дни. Макияж был тоже старомодным.
"Я не ошиблась домом", - всхлипывала маленькая девочка и держала куклу в своих руках. "Мой папа подарил мне её, когда я еще была младенцем. Но его здесь больше нет".
Харука тяжело сглотнула и в конце концов села на кровать рядом с Мичиру. Всё еще чувствуя себя не очень комфортабельно. Она нашла куклу пару недель назад, когда они разбирали чердак. Или лучше сказать её старший брат нашел ей в старом шкафу, стоящем в грязном углу. Он отдал ей эту куклу, потому что он уже был не в том возрасте. Её не нравились куклы тоже, но эта улыбалась так дружелюбно, что она просто не могла её выбросить. Итак, она прятала её в кровати, чаще всего под одеялом и в секрете крепко держала её во время бущующей грозы за окном.
"Может..." - Харука подумала минуту и потом схватила выцвевший свитер. Он лежал перед кроватью. У неё никогда не было никакого порядка. Она часто ругалась с мамой по этому поводу, но она не любила, когда всё лежит на своем месте. Она предпочитала маленькие приключения поиска нужных ей предметов. Точно так же как будет делать храбрый мальчик, ищущий что-либо в джунглях. Или на сафари. Опять нерешительно она повесила свитер на плечи Мичиру и посмотрела в глубокие синие глаза, наполенные слезами.
"Может быть, твои родители переехали?" - предположила она, беспомощно пожимая плечами. "Мои родители купили этот дом...", - она пыталась вспомнить, что ей однажды сказал её брат - "до моего рождения. Может, они хотели дом получше. Поближе к городу", - сказала Харука, думая о долгом пути в детский сад. Она доброжелательно улыбнулась Мичиру, но та не отреагировала. Она только крепче держала куклу и рыдала с каждой минутой всё сильнее.
Они единственные, кто любят меня.
Почему они не здесь?
Почему они покинули меня?
Она закрыла глаза и сжалась в комочек. С куклой в руках. Плача. Чувствуя себя абсолютно одинокой.
Почему этот дедушка послал меня домой, когда это место уже не мой дом?
Почему он дал мне шанс, когда я не могу его использовать? Почему они не здесь?
Мамочка...
Папочка...
Я люблю вас...где вы?
"Мичиру?" - коснулась Харука плеча и автоматически холодной руки, пытаясь накрыть её старым свитером. "Хей, Мичиру. Не волнуйся. Ты останешься здесь на Рождество, и тогда мои родители будут искать твоих, хорошо? В прошлом году, когда я потеряла свою игрушку, они нашли её тоже. Они часто ссоряться, но они ведь взрослые. Не переживай, они и их найдут".
Но у меня нет столько времени!
Мичиру покала головой и захотела просто исчезнуть.
"Моя мама делает классное печенье. И только на Рождество. Тебе оно обязательно понравится".
Харука улыбнулась и спрыгнула с кровати. Потом она ударила себя по лбу. Будто вспомнила что-то. Что-то важное. "Кстати, Санта уже здесь. На нашем чердаке. Для тебя у него точно есть симпатичный подарок. Пока ты будешь играть сним, мы будем искать и найдем твоих родителей, согласна?"
Санта Клаус?
Услышала Мичиру, чувствуя горячие слезы на щеках. Помня нежное прикосновение. Потрескавшиеся пальцы утирают их. Это было совсем недавно, но казалось, что прошла уже целая вечность.
Санта Клаус?
"Ты веришь мне? Он на чердаке. На чердаке нашего дома! Пошли и ты его тоже увидишь!" - зеленые глаза Харуки сияли, и она улыбалась. Она схватила руку Мичиру, не обращая внимания на её печаль. Это было Рождество, и Санта был в их доме! С полным мешком игрушек. Она так сильно хотела новую гоночную машину Формулы-1. Красную. Достаточно большую, чтобы она могла сидеть на ней. Чтобы ей завидовали все остальные. Мальчики будут по-настоящу сердиты, когда у нее будет подобная игрушка, а у них нет. Может, тогда они меня примут такой, какая я есть.
"Пошли, Мичиру! У Санты точно есть для тебя подарок. Ну же!" - не слыша протестов Мичиру, она держала маленькую холодную ладошку в своей, согревая её. На долю секунды Харуке было интересно, почему это ощущение так ей знакомо. Такое правильное. Но её жадность к рождественским подаркам была сильнее, чем любое другое чувство. "Санта Клаус не будет здесь находится долго. Ему надо нанести визит каждому ребенку планеты. Поэтому мы должны воспользоваться этой возможностью!"
Мичиру опять покачала головой, но всё-таки последовала за блондинкой.
Если это действительно Санта Клаус, тогда он может сказать мне, где мои родители. Он столько много знает.
"Ладно, показывай мне своего Санту, Харука".
"Вот это то, что я хотела услышать", - обрадовалась блондинка и молча поднялась на чердак большого дома, который Мичиру знала. С другим дизайном. С другой мебелью. И, несомненно, в другое время.
"Я думаю, у него что-то случилось. Он был таким грустным", - уверенно прошептала Харука, пока поднимала Мичиру в темный подвал. Ветер дул через открытое окно, и маленькая девочка тут же начала замерзать. Харука в свою очередь подняла с пола куртку и протянула её Мичиру.
"Это была моя, но за последний год я сильно выросла", - гордо объяснила она - "если хочешь, можешь оставить себе".
Мичиру посмотрела на ярко-красную куртку и вдруг поняла, почему Харука так гордилась тем, что она ей мала. Она была ужасна. Но тем не менее она одела её на своеё дрожащее тело и застегнула. Выдыхаемый воздух превращался в пар на её глазах, пока она шла за блондинкой по старым доскам. Они скрипели под её ногами. Действительно дом был старый, но ни шторм, ни цунами не смогли бы разрушить его. Разумеется, пол выдержит её вес. Мичиру с сомнением взглянула на землю, но всё же пыталась игнорировать её.
Трескающийся лед...
Трескающийся...
Мичиру ненадолго закрыла глаза и набрала воздуха в легкие.
Не сейчас! Больше никогда в жизни! Всё закончилось, не так ли?
Тебе удастся это сделать!
Может быть, родители Харуки смогут их найти. Тогда они скажут мне, что любят меня, и этот кошмар закончится!
Тонкий лед.
Слишком тонкий...
Наконец закончится!
"Смотри! Это его мешок? Не правда ли огромный?" - Харука уже больше не шептала. Её голос звучал странно в тихой атмосфере. Здесь было спокойно. Очень холодно, но спокойно. Мичиру могла видеть падающий снег в одно из открытых окон. Снежинки летали по воздуху, и в одном углу даже получилась маленькая горка. Девочка с волосами цвета морской не устояла перед тем, чтобы наклониться и сделать снежок.
"Мы построим снеговика, если захочешь. Завтра утром. Не волнуйся, я их классно строю", - харука тащила за собой что-то тяжелое, и Мичиру пришлось приглядеться, чтобы узнать мешок. Но он выглядел иначе, чем она его себе всегда представляла. Он был меньше, хотя для пятилетней Харуки и он был огромен.
"Что же там?" - смеялась Харука и открыла его. Её голова исчезла в мешке, но потом появилась опять. Очевидно разочарованная.
"В нем нет игрушек. Нет, нету", - сказала она, надву губы. "Так нечестно".
Она засунула руку в мешок и достала использованную бутылку. "Какого черта! Что Санта Клаус делает с пустой бутылкой из-под пива?" - удивилась Харука. "Мой папа пьет эту дрянь. Мне она не нравится. Она делает его шумным и злым", - она бросила бутылку далеко в угол, не удостоив второго взгляда. "И что это такое? Старая книжка?" - осмотрела она её со всех сторон. "Не очень нужная вещь".
"Ты уверена, что это Санта?" - спросила Мичиру, уже более заинтересованно. Возбуждение и нынешнее глубокое разочарование Харику оказались заразными. "Я всегда думала, что его мешок будет больше, а подарки хотя бы завернуты".
"Правильно...хм..." - Харука почесала лоб клаком правой руки и сделала расстроенное лицо. "Я так хотела ту Феррари", - промямлила она и положили мешок. "Но это должен быть Санта Клаус".
Она опять схватила руку Мичиру и потащила за собой. Младшая девочка споткнулась о старый носки, какую-то бумагу, другую пивную бутылку и исписанный листок. Возможно, письмо. Она не могла точно сказать. Она еще не умела читать. Во всяком случае ничего больше, чем её имя.
"Я имею ввиду он носит красное пальто, правильно? И у него характерная белая борода", - сказала блондинка в то время, как Мичиру чуть не врезалась в нее, когда она резко остановилась. Харука подняла палец и указала на тень, парящую в воздухе. Хорошо, не парящую, но больше висящую. Тень двигалась в золодном ночном ветре. Взад и вперед.
"Ты действительно думаешь, что это Санта Клаус?" - прошептала мичиру и затряслась. В этой тени было что-то, что пугало её. Жутко пугало. Лицо пожилого человека нельзя было увидеть. Но почему он не заговорил с ними? Почему не сказал свое фирменное "хохохо"? Почему не посадил их на колени, не покачал их и не дал им подарки? Почему он не хотел, чтобы они они рассказали стишок или спели песенку? Почему он молчал? Почему не двигался? Что с ним произошло?
"Ну... у него есть мешок, красное пальто и борода. Чем не Санта?" - ответила Харука и подошла к окну. Оно тоже было открыто. Оттуда открывался фантастический вид на море, даже если сейчас это был лишь черный, движущийся ковер.
"Я пыталась поговорить с родителями. Я хотела, чтобы они посмотрели на него, но они не слушали", - сказала Харука после длинной паузы, и Мичиру тоже подошла к окну. Снежные хлопья танцевали в лунном свете, и внезапно до неё донесся звон церковных колоколов.
Я ходила в церковь с мамой и папой каждое Рождество.
Мичиру вздохнула и протянула руку навстречу снежинкам. Они быстро таяли на её ладонях. Улыбка появилась на лице.
Это было всегда так замечательно. Сидеть между моими родителями. Слушать слова пастора. Знать, что я любима.
Любима...
Любовь...
"Они никогда не слушают меня!" - прорычала рядом стоящая Харука, и Мичиру открыла глаза опять. Бросив короткий взгляд на рассерженную девочку, Мичиру стало интересно, почему она не счастлива в Рождество. Рождество всегда было особенным магическим временем для Мичиру. Оба её родителя были дома три дня подряд. Они проводили их все вместе. Веселясь. Её бабушка тоже приезажала.Также как и тетя с дядей. Было так изумительно, почему Харука не может быть так счастлива?
"Тсс", - сказала она и положила свою холодную руку на теплую Харуки. "Слышишь звон церковных колоколов?" - Харука замолчала на минутку и быстро убрала свою руку, будто обожглась чем-то. Мичиру немного похихикала, потому это было типичное поведение маленьких мальчиков в её присутствии. Но не девочек.
"Дв", - нахмурила брови блондинка. "И?"
"Они извещают о Рождестве. Наступило Рождество, Харука. Замечательно, правда? Это особый день, я чувствую".
"До сих пор я не получила ни одного подарка. Это скучный день, и я замерзаю".
"Рождество - не только подарки".
"Кто это сказал?" - Харука неожиданно выглядела не очень уверенно. Рождество без подарков? Это катастрофа в её маленькой жизни. Особенно для её гордости. Нет Феррари, не зависти остальных и нет признания.
"Мой папа, а он всегда прав". "Хмпфф!" - блондинка махнула правой рукой. "Я хочу подарки", - сказала она и покинула место около окна. "Иначе здесь будет очень скучно целые дни. С моим ругающимися родителями!" - она подняла руки, забыв о висящем Санта Клаусе. Она ударилась о его ноги, и один ботинок приземлился прямо ей на голову. Она, защищаясь, руками опять его задела и снова получила от Санты. Внезапно пальто упало и полностью накрыло блондинку.
"Какого ч...", - Харука с трудом освободилась. Мичиру помогла ей, но сама еле сдерживалась от смеха. Волосы Харуки стояли во всех направлениях, и не было похоже, что она когда-нибудь признает поражение от простого пальто.
Но депрессия на её лице сменилась смущением, когда она нашла карточку на земле рядом с ней. Казалось, она выпала из одного из карманов пальто.Мичиру не была уверена, что это было, но точно знала, что Санта Клаусу не нужну удостоверение личности. На этом был изображен молодой человек. Молодой человек с длинными светлыми волосами. Он немного был похож на Харуку, но в то же время они были очень разными.
"Кто это?" - она спросила, но харука не слушала её. Вместо этого она поднала голову и пригляделась к Санта Клаусу. На её лице теперь читалось не смущение, а страх.
Нет...
Она подошла к стене, где лежала палка. Потом она дотронулась ей до бороды. Та плавно опустилась на землю. Также как красная шапка и парик.
Лицо Харуки явно давало понять, что она испытывает уже даже не страх, а ужас.
Мичиру обняла руками своё замерзающее тельце. Очевидно, что это не был Санта. Или один из его помощников. Там на балке прямо под окном висел юноша. Двигаясь в такт ветру.
Взад и вперед.
Взад и вперед.
Взад и вперед.
Мичиру не понимала, кто он. И вообще у неё был маленький жизненный опыт, но глядя на невыразительное лицо, она знала, что он мертв. В этот момент Харука начала кричать.
"Харука?"
Мичиру тяжело сглотнула. Было очень шумно снаружи однажды её комнаты. Люди бегали из стороны в сторону. Сначала люди в белом, позже в темном. Пара, которую Харука называла родителями, уже не ссорилась. Женщина сейчас плакала. А мужчина пил. Одно пиво за другим. Такое же пиво, из под которого они нашли бутылки на чердаке.
"Харука?"
Блондинка кричала высоким голосом. Не как ребенок. Даже не как человек. Больше как раненое животное. Нет, как умирающее животное. До сих пор это воспоминание заставляло Мичиру вздрагивать. После того, как пришли родители, и мама начала истерически рыдать, Харука побежала вниз. Она закрылась в своей комнате и не выходила, когда её родители стучали в дверь. Затем они позвонили всем этим людям и оставили её в покое. Или, по мнению Мичиру, оставили её абсолютно одну.
"Харука?"
"Оставь меня!" - блондинка закрыла свою голову подушкой. Она не плакала. Она не скорбела. Не сейчас. Сейчас она была зла. Очень.
"Но..." - Мичиру уже не думала о своих родителях. Рождество почти закончилость, и она знала, что в этот раз ей не удастся найти их. Родители Харуки были слишком заняты, что искать их. Сейчас она думала только о дрожащей девочке, лежащей перед ней в её кровати. В комнате, которая раньше была ей так знакома, а теперь так чужа.
"Оставь меня в покое! Я ненавижу тебя! Я вас всех ненавижу!" - кричала девочка, схватив её кроссовки она кинула их в Мичиру. Они пролетели мимо и со звуком ударились о запертую дверь. "Я ненавижу.." - голос умер, когда Харука опять накрылась подушкой.

Я ненавижу тебя...
Мичиру попыталась потеплее укутаться в кричаще - красную куртку.
Мне нужно найти кого-то, кто любит меня, чтобы остаться на Земле. И что я нахожу? Кого-то, кто ненавидит меня...
"Я не хотела..."
"Уходи! Уйди и оставь меня одну! Чёрт возьми!" - вопила Харука, и за кроссовками последовала кукла. Раздался хруст при её столкновении с полом. "Всё что я прошу это, чтобы вы все оставили меня в покое. Вы виноваты! Вы - причина его смерти!" - Харука закрыла глаза, ударив ногой о ножки кровати. "Вы убили его! Вы и ваши проклятые ссоры!"
Мичиру наклонилась и подняла куклу. Одно мгновение она рассмтривала трещину, которая проходила по всему лицу, делая его более старым и уродливым.
У меня еще есть две попытки найти кого-то, кому я нужна, кто любит меня.
Она тихо вздохнула и положила куклу рядом с Харукой на одеяло. Я уверена, что я где-нибудь найду моих родителей. И кого-либо другого, кто любит меня. Кто любит и не ненавидит меня... Печально она подмигнула Харуке, хотя знала, что та не могла её видеть. Затем она повернулась и исчезла.
Уже были сумерки, когда Харука проснулась опять. Она не помнила как заснула, но она помнила всё события вчерашнего дня.
Мой брат.
Мой дорогой брат...
Она боролась со слезами. Со слезами, которые ничего не изменят. Её любимый брат больше не будет с ней. И её родители были виноваты в его поспешном побеге!
Я ненавижу их!
Я ненавижу их всех!
Она выползла из постели и споткнулась обо что-то. Сердито она быстро наклонила голову и некоторое время просто смотрела на сломанную куклу.
Та девочка.
Мичиру.
Просто Мичиру. Никаких других данных...
Харука взяла куклу, твердо решив найти маленькую девочку и задать несколько вопросов.
Прошло Рождество, и она ненавидела своих родителей всё больше и больше. Прошла зима, и она скучала по брату всё сильнее и сильнее. Начался очередной год, и она всё искала загадочную девочку. Но она искала её впустую.

Белая комната. Открытое окно. Танцующий снег за ним. Светло, тихо. Спокойно. Также спокойно как и внутри. Девочка сидела перед огромным зеркалом. Оно было почти во всю стену перед ней. Она сидела в такой позе, в какой обычно молятся. Но судя по улыбке на её лице, можно было сказать, что она не думает о Боге. Её длинные аквамариновые волосы достигали её колен, когда она шла. Её платье было таким же белым как и снег на улице. Рукава были очень широкими, и юбка закрывала её ноги полностью.
Так выглядят ангелы.
Но она им не была.
Еще нет.
Одна вещь разрушала мирную атмосферу - ярко-красная куртка, которую она носила. Хотя она выросла за прошедшие годы, она сидела на ней отлично. И хотя многие люди говорили ей, что она некрасивая и она должна выбросить её, она хранила её. Потому что для неё эта куртка была особенной. Или вернее, напоминала ей о ком-то особенном.
Смотря в зеркало, она весело смеялась и хлопала в ладоши. Но в нем было не её отражение. Вместо этого она видела большой снежный бой между несколькими девочками. Они сами построили что-то на подобие крепостей и прятались за стенами из снега. Только, чтобы опять кинуть снежок во врага. Врага, который был одним из её лучших друзей.
"Что же там такого смешного, Мичиру?" - вошел в комнату молодой человек. Его длинные светлые волосы были забраны в хвост, и он носил белый костюм. В своих руках он держал две дымящиеся чашки.
"О, у них снежный бой", - ответила Мичиру и опять засмеялась, когда девочка запуталась в своем же шарфе и упала в снег. Она была самая неуклюжая девчонка, которую Мичиру только видела, но у неё было большое сердце, а также она была хорошей подругой остальных девочек, кто стояли вокруг нее и буквально покатывались со смеху. Вскоре она и черноволосая девочка начали ругаться, пока остальные продолжали свою игру.
"Это то, что я люблю в Рождестве. Все эти счастливые дети".
"Ну, я думаю, они немного большеваты для детей"
"Ты действительно так думаешь, Мичиру? Даже учитывая как они себя ведут?"
"Да, возможно, ты прав, Кеичи".
Молодой человек подал ей кружку, и они пили чай, сделанный им, в тишине.
"Она не веселится вместе с ними?" - спросил Кеичи по прошествии долгого времени, которое они просто сидели и наблюдали как девочки пробуют новые санки. Это была игра на выживание. Или хотя бы на выяснение того, кто выиграет засахаренное яблоко.
"Нет, она не с ними", - грустно вздохнула Мичиру и наклонилась вперед. Её рука коснулась стекла на несколько секунд, и девочки уже стали расплывчатыми. Вся картинка поменялась. Теперь они уже смотрели внутрь темной комнаты. Всего одна лампочка была включена, создавая полумрак. Они могли видеть высокую девочку в тренировочном костюме. Она облокотилась на красную машину с гаечным ключом в испачканных руках. Другая девочка, выглядевшая более взрослой и строгой, стояла напротив неё. Вероятно, они ссорились. В конце концов старшая девочка бросила что-то на землю и покинула помещение. Вторая же лишь покачала головой, подняв бумагу. Она изучала закрытую дверь перед тем, как прибавила освещения и снова принялась за работу над мотором машины.
"Она и в этом году не хочет отмечать Рождество?" - с грустью в глазах спросил молодой человек и уставился в свой чай.
"Да", - Мичиру отставила чашку. "У неё очень хорошие друзья, но она их только отталкивает. Для неё Рождество - абсурд. Полагаю она ненавидит Рождество".
"Теперь она одна в канун Рождества?" - спросил молодой человек и нервно посмотрел на неё. Мичиру понимающе улыбнулась и поправила шарф, который он носил на шее. Всё время. Даже летом.
"Не волнуйся", - сказала она и опять посмотрела в зеркало. Она увидела тень ругающейся девочки, когда машина не делала то, что она хотела. "Она не будет одна".
Пожилой мужчина дружелюбно улыбнулся навстречу девочке, бежащей к нему. Как и в каждом году он был готов сделать всех детишек счастливыми. Но она не была счастлива. Пока нет. Может быть, она станет таковой к концу этого Рождества.
Может быть...
Она выросла за последние годы. В предыдущие праздники Рождества она не хотела возвращаться. Она не говорила о двух оставшихся для нее попытках. Но сегодня она пойдет. Он знал это наверняка, увидев её решительные синие глаза.
"Ты нашла своих родителей?" - он спросил, поправляя красную шапку.
"Да", - кивнула девочка, и грусть промелькнула в её лице. "Но они переехали. У них родился другой ребенок и теперь они дедушка с бабушкой. Они не узнают меня, и я полагаю, они не любят меня. Я умерла, и они забыли меня".
"Они не забыли тебя. Никогда".
На секунду она была неуверена, затем просто пожала плечами.
"Может, вы правы. Но я знаю, что я больше не принадлежу к их жизни"
"И ты думаешь, что приналежишь к её жизни?" - мужчина чуть-чуть посмеялся, когда увидел удивленное лицо. "Ты наблюдаешь за ней в зеркало почти всё время. Может, я старый, но я не глупый".
Тишина повисла в воздухе. Только падающий снег издавал звуки. Звуки Рождества. И колокольчики пояса мужчины немного звенели тоже, когда он подошел ближе к девочке.
"Ты уверена, что она та, кто поможет тебе?" - благоразумно спросил он.
"Нет, не уверена", - Мичиру покачала головой. "Но я знаю, что она хочет провести Рождество одна. Никто не должен проводить Рождество в одиночестве".
"Разве у нее нет хороших друзей?"
"Она их всех прогнала".
"А не прогонит ли она и тебя?"
"Вероятно, но она так просто от меня не отделается".
"Почему ты так думаешь?"
"В отличие от её друзей я умею ходить сквозь запертые двери".
Пожилой мужчина посмотрел на нее, а потом раздался его известный низкий смех. Дружески она похлопал её по плечу и улыбнулся ей так, как только дедушки могут.
"Тогда я желаю тебе удачи, малышка".
"Спасибо", - Мичиру укуталась потеплее в куртку и подняла голову к небу. "Она мне понадобится".

Часть вторая: Воспоминания
"Я сказала, что я не хочу праздновать", - Харука закатила глаза, как только погас свет. Только один человек мог сделать подобное. "Сетс, мне надо починить эту машину. У меня важная гонка на следующей неделе. Оставь меня одну".
"Одну, одну! Ты и так всегда одна. Ты довольна таким положением вещей?" - высокая женщина нетерпеливо отбивала какой-то ритм ногой. "Усаги и остальные хотят устроить большую рождественскую вечеринку сегодня вечером в храме у Рей. И ты в числе приглашенных тоже!"
"Забудь об этом!"
"Почему? Усаги спрашивала тебя, и ты сказала *да*".
"Черт возьми, Сетс! Ты знаешь, что ты не можешь сказать *нет*, когда Усаги просит что-либо. Она не только наша будущая королева, но может быть и жутким просящим монстром, если захочет". "То есть, ей следовало прийти сюда вместо меня, чтобы переубедить тебя?"
"Но её здесь нет, и я не передумаю!" - Харука развернулась и крепче держала гаечный ключ в руках. Она не хотела ни с кем говорить сегодня. Может, для кого-то канун Рождества был самым лучшим днем года. Для нее он был худшим. Сетсуна никогда не понимала этого, хотя она её и не рассказывала о своем брате. Как он покончил жизнь самоубийством. Сегодня. Ровно десять лет назад. Она с тех пор почти не разговаривала с родителями. Как можно раньше она покинула их дом и поехала в Токио жить и учиться в школе-интернате. Машины были её любимым занятием. Если её не было в школе или в своей комнате, то она непременно была на гоночной трассе. Чиня некоторые машины, мечтая о дне, когда она сможет ездить на них. Сетсуна была уверена, что она станет лучшим гонщиком, которого Япония когда-либо видела. Не только потому что она была войном ветра, но и потому что это была её страсть.
"Они так старались. Они, конечно, расстроятся, если ты не придешь. Мако испекла знаменитый рождественский пирог, а Мина украсила елку".
"Тогда они, без сомнений, хорошо повеселятся"
"Не без тебя".
"О, Сетс! Я не настолько важна, что они не будут счастливы без меня!"
"Они - твои друзья. И я тоже".
Харука глубоко вздохнула и собиралась повернуться к машие опять, но Сетсуна удержала её.
"Неужели действительно так интересно сидеть одной на кровати в своей комнате, пялясь на стену? Я знаю, что ты не поедешь к родителям и что у тебя нет друзей в школе. Мы не только Sailor Team, мы еще твои друзья, Харука! И мы не хотим, чтобы ты была одна на Рождество".
"А я не хочу его праздновать. Рождество не стоит отмечать. Сплошное надувательство!" - резко ответила Харука и освободилась от хватки старшей женщины.
"Хорошо, это твое решение. Надеюсь, ты довольна им, Харука Скрудж!" - Сетсуна бросила разорванный лист бумаги на землю и развернулась. "Если ты захочешь прийти, то ты знаешь, где находится храм Хикава" - с этими словами дверь громко захлопнулась.
"Конечно...", - Харука задержала вгзляд на закрытой двери.
Вы не знаете, что Рождество - это всего лишь обман. Он не имеет ничего общего с любовью. Лучше, если вы будете праздновать этот фестиваль одни.Я только испорчу ваше отличное настроение своим плохим.
Высокая блондинка подняла бумажку. Это было приглашение, которое Усаги сделала вместе с Чибиусой. Нанем были изображены все они, с улыбками сидящие по рождественским деревом. Харука не могла узнать всех, но предположила, что она была девушкой в первом ряду с самыми короткими волосами на рисунке.
Разумеется, для них это весело.
Для меня же это только боль...
Харука отложила лист и сконцентрировалась опять на моторе машины. Не заботясь о том, что она единственная работала в праздник. Что она была одна на гоночном трэке. Что она была одна в её целой жизни.
Автоотвечик мигал к тому времени, как она вернулась в свою комнату в школе-интернате. Было тихо в огромном здании. Естественно она была одна, кто не проводил Рождество с семьей или хотя бы с друзьями. Харука не хотела портить настроение своим друзьям и у нее не было семьи. Ладно, её родители были живы, но чем больше она выясняла о смерти брата, тем больше она ненавидела их. Путь избежания проблем, который избрал её брат был трусостью. Но это была ошибка её родителей, что у него было столько проблем. Проблем, которые не были бы проблемами, если бы её родители были более терпимыми. Если бы они действительно любили своего сына... Харука оглядела комнату. Её родители были богаты и платили достаточно за её образование. Без сомнения, чтобы успокоить свою совесть. Они редко писали ей письма. Может, одно на её день рождения и одно на Рождество. Она жила в этой школе уже чуть более двух лет, и они её не навестили ни разу. Харука была благодарна за это. Они не хотела их видеть. Они платили достаточно для её проживания в большой комнате. У неё даже была своя ванная комната и балкон, редко используемый ею. Чаще всего Ами просила, может ли она летом посидеть там и почитать книгу. Харука всегда разрешала её и показала, где находится секретный ключ. Она сама же больше любила бегать в ближайшем парке. Просто балкон был слишком мал для нее, но рай для Ами, как та его называла. Харука кинула свой портфель на кровать и потянулась немного. Она примет горячий душ, съест маленький обед и пойдет в библиотеку смотреть телевизор. Зачастую было запрещено пользоваться им, но сейчас она была в школе одна, так что никто не узнает.
"Харука, я знаю твое мнение, но Усаги..." - высокая блондинка застонала и выключила автоответчик, как только услышала умоляющий голос Сетсуны. У неё правда не было настроения отмечать Рождество. Чем раньше это поймет войн времени, тем лучше. Харука не хотела никого ранить своим отвратительным поведением, но она не могла праздновать Рождество. Просто не могла.
"Надеюсь, они не сожгут елку. Усаги слишком неуклюжа", - прошептала Харука пока стягивала с себя тренировочный костюм. Она затолкала его под кровать, желая, чтобы к утру он стал чистым. Потом она приняла длинный горячий душ. Наслаждаясь, как вода бежала по её телу. Медленно она вымылась и просто стояла под водопадом еще добрых 30 минут. Напевая мелодию одной старой песни, слова которой она почти не помнила. Её мелодия звучала несколько странно и она пропускала некоторые ноты, но ей было всё равно. Вокруг не было никого, кого бы она могла напугать до смерти.
"Хорошо", - она одела халат и вытерла свои волосы насухо. Долго она смотрела в зеркало, видя там себя. Видя её короткие светлые волосы, её темные зеленые глаза, которые загадочно смотрели на нее в ответ. Большинство девочек в школе думали о ней как о парне. Они ей не нравились, они ей не были нужны, так что не было смысла объяснять им, что она тоже девушка. И в гоночной команде были свои преимущества, когда все считали её парнем. Никто не смотрел на нее и сомневался в её возможностях, только потому что она девушка. Она делала всё, что могла и получала, что заслуживает. Вне зависимости от пола. Немного воды стекало по её вискам и когда она хотела вытереть её, то изображение немного поменялось. Неожиданно она смотрела на молодого человека. Он выглядел также, как и она. Только его волосы были чуть длиннее. Но глаза, лицо, они были одинаковыми.
"Брат...", - Харука протянула свою правую руку, но картинка растворилась в воздухе. Потом она моргнула и встряхнула головой. "Я действительно не высыпалась в последние недели. Время Рождества всегда сумасшедшее. Все хотят писать тесты, а Sailor Team хочет печь печенье, покупать подарки, и я должна помогать им", - Харука качала головой, пока шла в спальню. Она взяла расческу со стола, заваленного спортивными журналами и старыми книгами, и улыбнулась. "Хм, я думаю мне стоит купить хомячка. Тогда у меня будет объяснение, почему я разговариваю сама с собой".
Решительно она расчесывала волосы, прикусывая нижнюю губу, поскольку из-за её нетерпеливости она буквально вырывала некоторые прядки. Наконец, она закончила. Обычно она бы одела джинсы и футболку, но сегодня она решила в пользу синей пижамы. Никого не было в школе, никто не будет смеясться над ней. Харука накинула свое темное пальто, взяла портфель с обедом и видеокассетой в одной и розами, купленными пару часов назад, в другой и покинула комнату с ключами во рту. Она не хотела потерять их, но всё руки были заняты. Её одноклассники уже подшучивали над ней по этому поводу, но пока их не проглотила, их это уж слишком сильно не волновало.
Усаги бы проглотила их.
Харука ухмыльнулась и бросила их в портфель тоже. Потом она поспешила дальше. Снаружи здания был жуткий холод, но ей было всё равно. В это году не шел снег также как и в предыдущие годы.. На небе не было ни облачка, и звезды сияли еще более холодным светом. Харука задрожала и побежала через школьный двор к маленькому храму. Он использовалася в большей степени учителями, которые боялись, что ученики могут уничтожить двервнее здание. Харука не желала ничего портить. Она только хотела несколько минут для себя и сказать небольшую молитву. И помянуть человека. Очень особенного человека...
Харука сняла обувь, оставила портфель перед входом в храм, положила цветы и низко поклонилась. Она долго стояла так, просматривая в голове столько картинок. Она была очень маленькой тогда, но не могла его забыть. Потому что в её альбоме она бережно сохранила все фотографии. И потому что он был самым важным человеком в её детстве. Она просто не могла его забыть.
"Я скучаю по тебе...", - прошептала она и сняла оберточную бумагу . Она смотрела на десять красных роз. По одной розе на каждый год без него. Одна белая роза была в середине букета. Харука вытащила ее и наблюдала за ней, нахмурившись.
"Где мои родители?"
Память будто ударила её камнем. Она моргнула, и внезапно появилось изображение девочки в её голове. Девочки с бледными щеками и слезами в глазах. С такими красивыми локонами аквамариновых волос.
Мне так никогда и не удалось её найти.
Харука положила розы и зажгла две свечи. На одну больше запланированного. Потом она сложила руки и начала молиться богам. О том, чтобы с её братом всё было в порядке, где бы он ни был сейчас. О том, чтобы она вновь встретила ту девочку. Может быть....в один день...
Её так и не удалось узнать, кто она была. Всё, что у неё было - это одно единственное имя. Ни фамилии, ни даты рождения, ничего. Всё, что она узнала так это то, что дом был заброшен десять лет до того, как её родители купили его.
Может быть, она - всего лишь продукт моего воображения?
Было действительно сумасшедшее время, когда умер мой брат, может, у меня были галлюцинации или что-нибудь подобное...
Но мозг подсказывал ей, что та девочка не была вызвана её болью и печалью. Что-то в её памяти говорило, что та девочка была там. Что она была настоящей. И что она оттолкнула её, когда та всего лишь хотела ей помочь.
Я сломала её куклу...
Харука глубоко вздохнула и закончила молитву. Долго она просто смотрела на розы перед тем, как она поднялась и пошла ко входу.
Мичиру.
Проклятое имя - всё, что у меня есть. Ничего кроме него...
Я искала её последние десять лет и не нашла её. Я не должна больше думать о ней. Она была всего лишь сном. Сном одинокого ребенка, кто хотел иметь друзей.
Ничего больше.
Ничего больше?
Уверена?
Хм...
Харука взяла свой портфель и чуть не споткнулась обо что-то, лежащее рядом с её обувью. Она наклонилась и свела брови, когда увидела маленькую коробочку. Она была завернута в использованную бумагу. Цвет уже не был так ярок, но она была завернута с большой любовью. И с умением.
Так что это не может быть от Усаги.
Харука вынуждена была улыбнуться, но поругала себя за такую мысль о будущей королеве. С другой стороны, Усаги была слишком неуклюжа, обычно вместо нее подарки заворачивали Рей или Макото. На всякий случай, чтобы предотвратить сердечный приступ у счастливчика, кому повезет получить сгоревшее печенье или дырявый связанный свитер. Чаще всего Мамору оказывался этим счастливчиком. Но он, кажется, был рад подаркам, так что Харука не говорила ни слова. Упаковка была легкой и не тикала, когда она поднесла её к ушу. Хотя бы там не бомба. С вопросом в глазах она оглядела окрестности, но школьный двор был пуст. Не похоже, что кто-то прибежал к храму, положил упаковку и опять убежал.
Может, Сетсуна?
Высокая женщина была войном времени. Харука знала, Сетсуна не могла манипулировать временем, но она могла легко обойти правила. До тех пор пока она их не нарушала, всё было хорошо.
Но почему? Я сказала им, что я не хочу подарков. У меня нет места для них.
Харука осторожно положила упаковку в свой портфель и быстро пошла сквозь ночной холод по направлению к основному зданию. Там она замедлила ход. В корридорах было тепло, а в библиотеке еще тепелее. Там был расположен огромный камин, но его почти никогда не топили. Вместо него использовали центральное отопление, и оно было включено. Харука облегченно вздохнула, сняла пальто и расположилась перед телевизором. Диван был куплен на деньги учителей, они же не очень приветствовали учеников, сидящих на нем, но сегодня никто на неё странно не посмотрит и не скажет уходить. Этим вечером она будет делать, что захочет. И, что самое главное, её оставят в покое. Сомневаясь, она развернула упаковку и долго смотрела на белый картон. В нем оджнажды были ботинки. Или что-то, что не должно сломаться во время трапспортировки.
"Что..." - Харука открыла крышку и сглотнула. Сэндвич с кетчупом и ветфиной чуть не упал на пол. Она положила его на рядом стоящий стол. Затем она полезла внутрь коробки и достала маленькую музыкальную шкатулку. Золотую шкатулку с двумя фигурками наверху. С двумя медведями. С двумя танцующими медведями.
Руки Харука неожиданно затряслись, когда она включила её. В следующую секунду нежная мелодия заполнила пустую комнату. Два медвежонка начали двигаться. Они начали танцевать.
Танцующие медведи...
Харука опять сглотнула, и музыкальная шкатулка выпала из её дрожащих рук. Она валялась где-то на земле, продолжая играть и играть.
Танцующие медведи...
Она любила их, когда она была младенцем. Поэтому её брат сделал ей музыкальную шкатулку. Такую же как эта. Для его маленькой сестрёнки. Он сказал ей, что он будет с ней рядом везде, где она услышит мелодию, везде, где она увидит танец медведей. Конечно!
И где ты теперь?
Харука прижала ноги к своему телу, обняла руками за колени. Слезы блистели в её темно-зеленых глазах. Слезы, которые она никогда не плакала. Слезы., которые она никогда не будет плакать.
Где ты теперь, Кеичи?

Неожиданно грубый ветер ворвался через окна, но Харука не заметила. Она смотрела в воздух и старалась не чувствовать себя одиноко. Конечно, она могла бы быть с Сетсуной сейчас, но это всё равно особо не помогло. Вне их сил был помочь ей, и она не хотела их жалости. У них было достаточно проблем без историй о её родителях и смерти её брата. Они должны сражаться с юмами и спасать землю. Это задание и так было для них слишком тяжелым, она не желала на них перекладывать еще и свои проблемы.
Чёрт...
Харука закрыла лицо руками и сильно сжала веки. Она не заметила, как огонь внезапно появился в камине. Как комната становилась теплее и уютнее. Как зажглись свечи. Также она не слышала приближющихся шагов. Она были такими тихими, будто перо летает в воздухе. Обычно Харука почувствовала бы, что она не одна в комнате, но сегодня был канун Рождества. В Рождество ничего не бывает обычным. Ничего. Харука выучила этот факт десять лет назад.
"Хшшш, всё в порядке".
Её голова резко поднялась, когда она почувствовала, как внезапно две руки обняли её за талию и как её прижали к теплому телу сзади.
"Я не знала, что раню тебя музыкальной шкатулкой. Я думала, она тебе понравится".
Харука повернулась и посмотрела в синие глаза. В такие же глубокие, как океан рядом с школой-интернатом. Локоны цвета морской волны обрамляли улыбающееся лицо.
Что?
Харука никогда не видела эту девушку раньше. Она казалась такого же возраста, что и она. Вероятно, чуть помладше. Нет, она не видела её в этой школе раньше. Но тем не менее она её знала. Как-то. Откуда-то.
Не может быть...
Харука сглотнула и присмотрелась к девушке, но та не исчезла как она сначала боялась. Это невозможно! Ты уже не видела её больше десяти лет! Невозможно, чтобы она просто так появилась. Она не может знать, в какую школу ты ходишь. И она точно в ней не учится. Так что она не может...
Она моргнула, когда увидела красную куртку. Жуткую куртку, которую она никогда не любила будучи маленькой. Жуткую куртку, которую она потеряла несколько лет назад.
Действительно ли я его потеряла? Или я отдала её ей? Но почему он ей впору? Она выросла за прошедшие годы. Как и я...
Харука потрясла головой, до сих пор не веря наблюдаемому. Однако она просто обязана была спросить.
"Мичиру?" - всё еще неуверенно она прошептала. "Это ты?"
Яркая улыбка осветила её бледное лицо, и она кивнула головой. Аквамаривоные волосы разлетелись по воздуху и две теплые руки обняли счастливо обняли Харуку еще крепче.
Она помнит меня!
Она даже знает моё имя!
Я не могу быть ей безразлична!
Может, я нужна ей? Может, я смогу остаться на земле навсегда? Может, я могу быть с ней?
"Привет, Харука", - засмеялась Мичиру. "Я просто хотела поздороваться с тобой и дать тебе рождественский подарок".
Харука нахмурилась, потом вспомнила про музыкальную шкатулку. Она до сих пор играла, и блондинке было интересно остановится ли она когда-нибудь. Механизм рано или поздно сломается. Но мелодия вечно будет в её голове. Мучая её. Позволяя чувствовать все вещи, что она потеряла десять лет назад.
"Вот так просто?" - спросила высокая блондинка и вздрогнула, когда шкатулка начала играть заново. Как будто её напугал призрак.
Почему я не спрошу, где она была?
Почему я не скажу, что я искала её везде после её таинственного исчезновения?
Почему не признаюсь, что скучала по ней?
Но так или иначе она не могла. Всё, что она могла делать - тихо сидеть. Не двигаясь. Тогда это нежное прикосновение прервется. Харука не могла вспомнить, когда кто-то обнимал её в последний раз. Так любяще.
Любовь...
Харука вспомнила слова её матери при их последней ссоре. После которого она покинула дом у моря и переехала в эту школу. Далеко от дома её родителей.
Никто не полюбит кого-то, как я.
А твои друзья?
Они испытывают симпатии ко мне. Не любят меня. Большая разница.
"Почему бы и нет?" - улыбнулась Мичиру и притянула блондинку чуть ближе к своему телу. Было чертовски хорошо чувствовать её рядом. Не только смотреть на неё в зеркало, но быть здесь с рядом ней. Быть по-настоящему рядом с ней. С девушкой, которая стала самым важным человеком в её существовании за последние десять лет. Хотя та это не знала.
"Потому что..." - Харука опять напряглась, когда мелодия началась снова. И снова. И снова. Она заставляла её сердце биться чаще, и даже в горле пересохло. Она сводила её с ума.
"Что здесь происходит, черт возьми?" - внезапно она повысила голос и спрыгнула с дивана. Она схватила музыкальную шкатулку и хотела, чтобы она остановилась. Но он не прекращала играть. Просто не прекращала.
Заткнись!
Только заткнись и оставь меня в покое.
Оставьте все меня в покое!
В конце концов она бросила её на землю, где она развалилась на тысячи кусочков. Синие глаза Мичиру расширились, и она закричала. В следующую секунду она присела рядом с музыкальной шкатулкой и удивленно смотрела на обломки.
"Почему ты сделала это?" - смущенно спросила она и поставила шкатулку обратно на стол. Она погладила медведей, потом закрыла её. "Я думала, что она тебе понравится".
"Нет, я ненавижу её".
"Я вас всех ненавижу."
Сердце Мичиру буквально разбилось. Мичиру поняла, что это чувство усилилось за годы. Она пришла сюда, чтобы быть с Харукой в эту ледяную, холодную ночь. Она хотела быть здесь для нее и помочь её. Господи, она выбросила одно из её ценных Рождеств, и та только столкнула её с худшим.
Ну, а что ты ожидала, Мичиру?
Что она прыгнет на тебя, обнимет и признается в любви?
Нет...
Нет? И почему же ты тогда так разочарована?
Я...
"Я ненавижу всё, что мне напоминает о нем. Что она умер!" - кричала Харука и пересекла комнату в три больших шага. Её плечи тряслись, пока она стояла рядом с окном, вглядываясь в ночь, спиной к Мичиру.
"Так не должно быть, Харука. Твой брат очень расстроился бы, видя тебя в таком состоянии", - сказала Мичиру и сглотнула. Потом она глубоко вдохнула и подошла в более высокой девушке. Утешительно на положила свою руку на руку Харуки. Это был такой же жест, что и деять лет назад. В этот раз Харуке понадобилось некоторое время, чтобы она оттколнула её. Но в этот раз Харука поступила так не из-за прикосновения в девочке и детского стыда. В этот раз Харука поступила так из-за стыда её чувств. Мичиру могла чувствовать её печаль. В зеркало она видела столько моментов отчаяния из жизни Харуки. Каждый раз, когда Харука была одна, Мичиру так хотела пойти к ней. Поддержать её. Сделать всё лучше. Теперь у неё есть такой шанс. Даже если только на один вечер.
"Ты должна быть благодарна за встречу с ним, Харука. Не думай лишь о его смерти, думай также и о счастливых моментах с ним. Я уверена, что он дал тебе музыкальную шкатулку, потому что любит тебя", - Мичиру понимающе улыбнулась, и в этот раз Харука не отвернулась. Она смотрела в темную ночь еще более темного Рождества. "Не выкидывай воспоминания, Харука. Он бы расстроился из-за этого. Он любит тебя, разве ты не знаешь?"
Харука покачала головой и её голос дрожал, когда она ответила.
"Как ты можешь знать, что он всё еще любит меня? Он бросил меня!" - она сжала кулаки. "Он просто ушел".
"Это было его решение покинуть мир, но ты до сих пор её маленькая сестренка. Ты всегда ей будешь".
"Как ты можешь это знать, черт побери!" - Харука, не замечая, подняла свой голос. "Ты что ли ангел или кто, что у тебя есть информация о небесах?"
"Еще нет".
И если ты не скажешь те слова, то я стану им. Против моей воли...
"Еще нет?" - Харука покачала головой. "Тогда кто ты?"
"Начинающий ангел?" - предложила Мичиру и покраснела, когда Харука взглянула на её поближе.
"Я не вижу крыльев".
"Я сказала, я еще не ангел".
"И твой нимб?"
"Ты вообще слушаешь?"
"Нет. Я не собираюсь слушать этот бред!"